Глава 1. Я посиживала в углу собственной комнаты в пансионате, пытаясь совладать с охватившим меня
Обмен учебными материалами


Глава 1. Я сидела в углу своей комнаты в пансионате, пытаясь справиться с охватившим меня



Я сидела в углу своей комнаты в пансионате, пытаясь справиться с охватившим меня возбуждением. Просто невероятно! Этого не может быть!

Но с реальностью не поспоришь, она слишком авторитарна. В голове разлился бурный водопад мыслей, они постоянно сталкивались между собой, перебивая одна другую. В произошедшее трудно было поверить… Даже сейчас, когда у меня были ответы на все вопросы.

Как я не догадалась раньше? Слепо верила всему сказанному, ни разу не прислушавшись к собственным чувствам и ощущениям. Долгие месяцы я изнывала от боли, которую могла разрушить в одну секунду, лишь протянув руку. Вот только я не могла этого сделать.

- Елена! – позвал меня мужской голос.

Я улыбнулась. Стефан… Нельзя передать словами ту благодарность, которую я к нему испытывала. Ведь именно он…

- Елена! – настойчиво повторил вампир. – Спустись, пожалуйста.

Нет, не сейчас. Я не смогу сдержаться. Мне надо немного побыть наедине с собой и своими эмоциями. Надо успокоиться и взять себя в руки, в конце концов.

Восстанавливая дыхание, я отбросила в сторону назойливые воспоминания. Безудержный смех рвался из груди, и вот с ним было сложнее всего. Я понимала, что это всего лишь признак надвигающейся истерики, но контролировать себя было очень сложно.

Меня обманули, но как искусно! Я ведь доверяла каждому слову… Видимо, это и было фатальной ошибкой. Не стоило доверять, не стоило верить.

- Елена, милая, - раздалось возле двери, которая после короткого стука тут же распахнулась.

Я повернула голову, ожидая увидеть Стефана, и все мысли разом покинули голову.

С хищным оскалом на лице в комнату вошла Кэролайн. Если я скажу, что была удивлена, то безбожно солгу. Благо, что я уже сидела, иначе бы непременно произошло нечто экстраординарное с моей стороны. Думаю, звук упавшей на пол челюсти услышали мы обе.

- У меня есть один разговор, - по-деловому холодно начала моя гостья.

Я кивнула, давая ей понять, что жду продолжения. Неужели она надеялась на то, что я буду способна к членораздельному общению в данный момент? Слишком много потрясений для одного дня.

- Хорошо, тогда сразу к сути, - стоя на пороге, продолжила она свой монолог. – Я знаю, где Дамон.

Я хмыкнула. Да уж, свежие новости.

- Тебе неинтересно? – вздернула изящные брови бывшая подруга.

- Как видишь, нет, - саркастично ответила я, поднимаясь на ноги. – Ты только за этим пришла?

Я в упор уставилась на ее вмиг изменившееся выражение лица. Она явно растерялась.

- Тогда нам пора прощаться, - отвернувшись к окну, добавила я.

Прошло не меньше двух минут, прежде чем мне удалось расслышать, как жалобно скрипнули дверные петли. Растирая раскрасневшиеся щеки ладонями, я кое-как добралась до кровати и с высоты своего роста рухнула на нее, раскидывая руки в стороны. Громкий смех вырвался из горла, а в голове медленно, но четко стал вырисовываться план.

- Он будет моим, - выделяя каждое слово, пообещала я себе.

Глава 1

«Сегодня ровно месяц с того дня, как мы вернулись из Италии. Не знаю, как мне удалось прожить это время без него. Больно. Страшно. Одиноко. Это лишь пустые слова по сравнению с тем, что я чувствую на самом деле. Вакуум. Внутри меня он надежно поселился, с каждым днем все сильнее разрушая воспоминания о мужчине, которого я очень люблю. Ты знаешь, мне тяжело называть его имя. Достаточно уже того, что я каждую ночь плачу (если только можно так назвать капли крови, которыми истекает мое сердце), когда закрываю глаза и вижу перед собой красивое бледное лицо с правильным чертами. Черные глаза с их бесконечной глубиной, которую я уже и надеюсь увидеть. У меня не получилось сохранить то, что я имела, но я обязательно отыщу его. Чего бы мне это не стоило!».



- Елена, невозможно вечно просидеть взаперти, подскакивая к окну всякий раз, когда видишь ворону! – донесся до моего слуха укоризненный голос Бонни. – Ты не понимаешь, чем это может закончиться?

Конечно, я понимала. Рано или поздно это случится. Мое сердце разорвется на части от тоски, не поддающейся осмыслению подруге, которая искренне счастлива. У них с Мэттом все очень удачно сложилось. Италия стала тем самым переломным этапом в отношениях, которые увенчались всепоглощающей любовью. Я была рада за них. Но, видимо, недостаточно.

- Похоже, тебе приятно издеваться над нами, - с сожалением произнесла подруга, выходя из моей спальни, но на пороге обернулась и резко добавила, - Подумай хотя бы о Стефане!

«Я думаю о нем!» - хотела было крикнуть я ей в спину, но не стала этого делать. Яркое выражение эмоций давно потеряло для меня всякий смысл. Что толку с ними спорить? Они уверены в собственной правоте, а я уверена лишь в одном своем желании: он мне нужен. Мой глупый и ревнивый вампир, который бросил меня здесь совершенно одну. Первые недели я ждала, потом появилась надежда в тот самый светлый и радостный день, когда дверь моей комнаты распахнется, а на пороге будет стоять Он. С легкой улыбкой на лице, небрежно прислонившись спиной к косяку, весь в черном, который так ему идет… Просто позовет меня по имени. И я брошу все и всех, лишь бы быть рядом с ним! Без оглядки уйду из дома, который стал мне ненавистен, оставлю его брата, которого давно разлюбила, покину друзей, которых все еще очень люблю. Я готова лишиться всего, чтобы приобрести то, что не по силам дать мне никому. Лишь Он один может дать мне то, что так необходимо каждой девушке – любовь.

Сейчас все стало гораздо хуже. Надежда есть, но с каждым днем она становится прозрачнее, и в скором времени просто исчезнет. Мне необходимо узнать…

- Елена, милая, спустись, пожалуйста! – позвал меня мелодичный мужской голос, разрушив цепочку размышлений.

- Иду, - отозвалась я, не чувствуя никакого желания видеть перед собой стойкое напоминание о том, кого люблю.

Но делать нечего, придется, скрипя сердце, выходить из любимой комнаты, чтобы провести еще один «чудесный» вечер в обществе совершенно другого Стефана Сальваторе, столь же сильно ненавидевшего своего брата, как люблю его я.

Не знаю, чем я руководствовалась, когда решила, будто вернуться в Феллс-Черч светлая мысль. Что я здесь нашла? Сумасшедшую миссис Флауэрс, которая то и дело терзала меня расспросами о дате свадьбы? Услышав ее вопрос впервые, я буквально впала в истерику. Стефан тогда попытался объяснить этой женщине, что подобного рода любопытство стоит оставить при себе, но его излишне вежливый в данной ситуации тон, по-моему, не дал никаких результатов. Поэтому впредь я стараюсь держаться от хозяйки пансиона на как можно более почтительном расстоянии.

Так что же я все-таки здесь нашла? Ничего. Мое сердце и душу унес с собой вампир, которого я буду вынуждена любить вечно. Да, именно вынуждена, потому как это чувство настолько широко и безгранично распространилось во мне, что до сих пор заставляет меня жить. Человек ведь не может без кислорода, он вынужден дышать. А я любить. Любить того, чьи чувства предала и недооценила, кому сделала больно, но он простит меня, я уверена. Просто потому, что любит.

- Елена, - позвал меня Стефан, благоразумно решивший не подходить слишком близко. Все правильно, потому как я сама просила его об этом.

- Я тут, - жаль, что приходилось разговаривать вслух, это всегда очень мешало моим мыслям. Значит, надо предпринять очередную попытку. – Стефан, научи меня пользоваться Силой.

Впервые произнеся эту фразу я чуть было не сошла с ума от боли, вспоминая тот волшебный день в Италии… И мой первый урок. Жаль, что единственный.

- Мы уже говорили об этом, моя милая, - спокойно ответил мне юноша. По-прежнему «милая»… Видимо, некоторые мои просьбы никогда не достигнут цели. – Я не могу.

- Думаю, - холодно отозвалась я, устраиваясь за столом, - Я прекратила бы терзать тебя, если бы услышала истинную причину отказа. Что именно ты не можешь?

Я знала, что разговариваю слишком грубо, но на светские реверансы просто не было сил. Каждое утро, просыпаясь ото сна, который лишь я одна могла назвать «кошмаром», мне приходилось несладко. Нет, сейчас об этом не стоит думать.

- Давай просто поедим, - невозмутимо предложил он мне, садясь напротив. Сам он, конечно же, ничего не ел. Все делалось из соображений контроля за мной. Чтобы ела, спала, дышала, не плакала – как будто это вообще было возможно! – жила, в общем.

Этот план целиком и полностью принадлежал Бонни, о чем я очень часто умудрялась ей напоминать. Понимаю, вынужденные меры, но мне все равно становилось не по себе. Все вокруг считали меня несмышленым ребенком, за которым нужен глаз да глаз, и никто не хотел признавать одну простую вещь – мне физически необходим Дамон. Ох, нет…

Отшвырнув от себя тарелку, я на крейсерской скорости влетела по лестнице на второй этаж, толкнула плечом дверь комнаты и рухнула на кровать, пряча лицо в подушку. Зачем было его называть по имени?

И даже сейчас, когда сердце было готово разорваться от боли, а душа распрощаться с телом, меня не оставляли в покое.

- Хорошо, - раздалось где-то в стороне двери, - Я сделаю то, что ты просишь.

Прошу? Да я умоляю тебя это сделать! Но вслух я, конечно, произнесла другое.

- Стефан, я хочу побыть одна, - даже не пришлось делать жалостливый тон, в голосе итак было полно слез, которых явно недоставало глазам. – Пожалуйста.

Все же немного вежливости мне не помешает. Он ведь уже извинился за все.

Дверь тихонечко скрипнула, напоминая о несмазанных петлях, и я осталась в полной тишине. Сколько сейчас времени? Семь вечера. А число? Впрочем, какая разница. Для меня каждая секунда длится вечность.

Не знаю, сколько я так пролежала, бездумно разглядывая складки на подушке. В очередной раз мир потерял для меня все краски, став истинным воплощением вселенского кошмара. Я понимаю, что заслуживаю все это, но…

Неожиданно захотелось подышать свежим воздухом, насладиться приближающейся ночью, сидя за рулем любимой машины. Почему любимой? Потому что очень многое случилось именно в ней.

Я подбежала к окну, резко распахнула его и втянула в себя воздух полной грудью. Никогда не замечала, насколько прекрасен вечер, когда солнце еще не село, но уже отчетливо видно луну. Так и хотелось схватить куртку и вылезти в окно, минуя извечные беспокойные взгляды Стефана и его циклически повторяющиеся вопросы. Но я этого не сделала по нескольким причинам. Во-первых, он будет переживать, во-вторых, обязательно нажалуется Бонни, и тогда мне уж точно несдобровать. Зная ее пыл и целеустремленность, точно окажусь под домашним арестом на неделю – причем в лучшем случае. Ну и, в-третьих, ключи от машины были внизу, следовательно, окно отпадает за ненадобностью.

Весело рассмеявшись (это было мне свойственно с некоторых пор – резкая смена настроений), я оделась потеплее, предвидя довольно холодный вечер, надела удобные тенисски и спустилась на первый этаж.

- Я хочу прогуляться немного перед сном, - без особого энтузиазма отрапортовала я, хватая ключи. – Вернусь через пару часов.

И выскочила за дверь, не став дослушивать до конца «Елена, я…».

Вот он, мой красавец! Ярко алый, словно пожарная машина, изящный Ягуар. От одного запаха внутри салона кружилась голова. Так пахло от него, моего любимого…

Тряхнув головой, я быстро отбросила воспоминания в сторону, до предела опустила стекло, позволив теплому ветру обдувать лицо, завела мотор и тронулась с места на третьей передаче. Невольно вырвавшийся из горла крик восторга был единственным свидетелем моего безумного счастья. Я знаю, почему вдруг полюбила скорость, ночь, ветер, свободу, без которых вполне пристойно жила раньше. Потому что мне не хватает Дамона.

Иногда, точнее именно в такие минуты, я позволяла себе вспомнить все, что между нами было. Даже его имя вызывало бурю восторга. Наверное, это сумасшествие, но мне так не казалось. Во всяком случае, мне удалось себя в этом убедить.

Проехав около сотни километров, я решила возвращаться назад. Мысли были приведены в порядок, желание жить возвращено на место, а сердце собрано воедино. Цели достигнуты, так я это называю.

Осталось лишь сосредоточиться на приближающейся ночи. Каждый раз, просыпаясь утром от невыносимо томительной порции очередных «кошмаров», я боялась засыпать на следующую ночь. Потому что опять будет больно. Ведь сегодня он не придет ко мне.

Два раза отчаянно хлопнув по рулю, я включила музыку и уделила максимум внимания пустынной дороге. Не надо думать, не надо… Как жаль, что самовнушение – обман!

Добравшись наконец до дома, я пожелала Стефану спокойной ночи и поднялась наверх, изо всех сил веря в то, что моя сегодняшняя ночь будет самой неспокойной – иначе я просто умру. Я продолжала себя уверять в этом пока готовилась ко сну, но внутренний голос спорил со мной до хрипоты, предвещая всяческие ужасы. Опять будет больно. Что ж, придется терпеть. Ради Него я согласна и на это.

- Я люблю тебя, - прошептала я в темноту. Всегда так делала перед сном. Даже если Он не слышит, то обязательно чувствует.

«Он лежал рядом, такой же красивый, как и всегда. Хотя в сравнении с этим мужчиной слово «красивый» бесспорно проигрывало. Он был не просто красив, а прекрасен. Нет, опять не то… В общем, со мной рядом лежал мой Дамон. Темные волосы небрежно растрепаны, глаза теплее самого яркого пламени, брови немного сведены вместе, как и всякий раз, когда он только появлялся. Это всегда свидетельствовало о том, что он очень внимательно всматривается в меня, пытаясь уловить каждую эмоцию. Хотя, что могло измениться с прошлой нашей встречи? Я также безумно его ждала, также скучала, вот только люблю еще больше! Легкая ухмылка коснулась самых уголков губ. Он практически никогда ничего не говорит, лишь испытующе смотрит. А жаль… Я так соскучилась по звуку его голоса! По волнующим и ленивым интонациям, на которые способен только он. Так и хочется кинуться ему на шею и попросить произнести всего лишь мое имя, хотя бы шепотом. Но я не могу. Это сон…».

- И я люблю тебя, - неожиданно раздалось над моим ухом.

Я дернулась на звук голоса, испытывая огромное желание закричать. По крайней мере, я должна была свалиться с кровати от неожиданности, но почему-то продолжала спокойно лежать. Даже головой пошевелить оказалось невозможно. И только глазами мне удалось найти хозяина недавно прозвучавших слов.

Не знаю, по какой причине я до сих пор не ослепла. Сошла с ума я однозначно давно, но вот зрение меня не подводило ни разу. Рядом со мной лениво растянулся весь смысл моей жизни – Дамон.

Я чувствовала его тепло каждой клеточкой своего тела, ощущала легкий аромат кожаной куртки, по моему мнению самый дурманящий запах в мире, и все мыслимые и немыслимые крики застряли в горле. Вместо того чтобы произнести что-то поистине важное и значимое, я пролепетала нечто нечленораздельное и залилась румянцем.

Он улыбнулся мне, приложив палец к губам. Моим губам.

- Я ненадолго, - предупредил он, разрушив часть моих надежд. Очень хотелось услышать лишь короткое: «Навсегда».

Я понимающе посмотрела на него, пытаясь пошевелиться. И очень быстро сдалась. Меня не слушались даже собственные веки – вполне знакомая ситуация. Правда, я не ожидала столь скорого возвращения моих любимых «кошмаров», но ничуть не переживала по этому поводу. Это завтра будет больно, а сейчас мне очень хорошо.

- Я скучал, - тихо прошептал мне вампир. Я хотела безвольно кивнуть, но вместо этого растянула губы в отвратительно глупой улыбке – благо, что мимика была мне подвластна, пусть и в самой незначительной степени. Что поделаешь, если рядом с ним я превращалась в лишенное воли подобие девушки? Перед ним никто и никогда не мог устоять, а я была первой в этом бесконечном списке.

Дамон все также спокойно сантиметр за сантиметром приближался к моему лицу, обжигая кожу горячим дыханием. Несколько раз я чуть было не закрыла глаза, но вовремя запретила себе подобные штучки. Терять из виду само совершенство – увольте, это не мое. Я готова спать сутками напролет, лишь бы смотреть такие сны!

- Не надо больше гонять с такой скоростью, - попросил он, касаясь прохладными губами моей щеки. – Хорошо?

У меня не было ни малейшего желания спорить. Даже во сне я была согласна на любые его условия. Перестать испытывать спидометр Ягуара? Пожалуйста. Только скажи мне, что это не сон, и когда я проснусь, то обязательно увижу тебя рядом!

Так и не дождавшись ответа, он обнял меня и глубоко вздохнул, словно сожалея о чем-то. В моей голове роились вопросы, но задавать я их не спешила. Было банально страшно. Никогда прежде он со мной не разговаривал, и сейчас я очень боялась, что стоит мне издать хоть звук, он тут же уйдет. Если настоящий Дамон всегда удивлял меня своей непредсказуемостью, то в моих снах его поступки предугадать было и вовсе невозможно. Но все же моя недальновидность подняла голову, и я осмелилась произнести:

- Когда ты вернешься?

Господи, более глупого вопроса представить трудно. Ну почему меня интересует именно это? Не его настроение, чувства, переживания, а то, когда он снова будет моим! Ты прав был, любимый, я эгоистка.

- Не сегодня, - сухо ответил он. Жаль, что я не видела его лица. Видимо, я умудрилась расстроить не только себя. В дальнейший уточнениях не было смысла, поэтому я позволила себе расслабиться и просто наслаждаться тем, что он рядом.

Я предприняла еще одну попытку повернуться, но потерпела сокрушительное поражение и не смогла сдержать разочарованного вздоха.

- Раздражает? – со смешком в голосе спросил вампир, разглаживая мои волосы.

Его проницательности мог позавидовать любой медиум, поэтому я не стала отвечать.

- Хотя бы сегодня… - надавила я на жалость, не особо надеясь на успех.

- Нет, - последовал категоричный отказ. И снова в его голосе было столько льда и холода, что я невольно поежилась. Как же с ним иногда тяжело! Не знаешь, что делать и говорить.

- Мне пора, - начал он, отодвигаясь.

Моей щеки коснулись бледные пальцы. Я закрыла глаза, стараясь унять дрожь во всем теле. Почему он всегда уходит? Раз за разом мне приходится терпеть одно и то же! Это просто… так…

- Отвратительно, - закончил за меня Дамон.

Да, это было отвратительно. И…

- Больно.

Я лежала с закрытыми глазами, но могла поклясться, что он улыбается.

В безмолвной тишине спальни раздался шорох, который было невозможно спутать ни с чем. Этот звук я отличу от тысячи подобных, и именно он предвещает самую страшную часть моего «кошмара». С точностью до секунды я могла предугадать дальнейшие события. Сначала он долго будет всматриваться в мое лицо, едва заметно хмурясь, потом покачает головой, закроет глаза, как бы собираясь с мыслями, и поцелует.

Но сегодня все явно шло не по «сценарию». Я почувствовала, как сильные руки вытягивают меня из-под одеяла, прижимают к груди, и только тут догадалась открыть глаза. Он внимательно смотрел на меня, словно дожидаясь одобрения. На глубине черных глаз плясали бесята. Видимо, сегодняшний сон должен стать чем-то поистине зверским. Не знала, что мое подсознание способно творить такие вещи, но с ним я решила разобраться позже.

- Как мне надоела эта игра, - пожаловался Дамон, зарываясь лицом в мои волосы.

- Игра? – переспросила я, продолжая удивляться степени собственного сумасшествия.

Вместо ответа он еще крепче прижал меня к себе, чмокнул в нос и, весело подмигнув, исчез. Я несколько мгновений разглядывала измятую подушку, на которой буквально только что лежала его голова, стараясь справиться с удивлением. Рой вопросов закружился в голове, пытаясь подыскать себе пару в виде ответов, но тщетно. Объяснений происходящему просто не существовало в природе. Первый раз в жизни мне захотелось проснуться, но как это сделать? Очередная загадка, у которой не будет отгадки. И кто после этого сможет сказать, что жизнь прекрасна? Либо все промолчат, либо мне везет больше других. Может, хоть во сне мне удастся вдоволь выплакаться? Выходит, второе мне ближе, потому как слез нет.

На этой безрадостной ноте я позволила телу расслабиться, и погрузилась в блаженное забытье, с горечью представляя, какая проснусь утром. Пустая.

Дамон сидел на подоконнике, уделив все свое внимание спящему лицу Елены. Из чуть приоткрытого окна в комнату временами врывались порывы ночного ветра, позволяя сохранить ясность рассудка. Прошел уже месяц со дня возвращения в этот маленький и неповторимо скучный городок, в котором не произошло никаких изменений. А рана в груди по-прежнему отчаянно отказывалась затягиваться. Боль не смягчило ничто: ни то, что его Принцесса (которая осталась ею исключительно в мыслях вампира, потому как вслух он этого больше не произносил) теперь думает лишь о нем, ни то, что братец вдоволь получил по заслугам, полностью игнорируемый Еленой, ни страдания самой девушки. Он уже и сам не знал, для чего продолжает свою игру. Местью это назвать было трудно. Скорее глупостью и полнейшим нежеланием быть счастливым. Но ему так не казалось.

Каждую ночь, приходя сюда, он ощущал спокойствие. Ему нравился здешний запах, нравилась звенящая тишина комнаты, нарушаемая легким дыханием девушки, нравились ее сны. Яркие, четкие, осязаемые – они вызывали улыбку, а в душе поселялось такое умиротворение, какого никогда не было прежде. Всегда раздражало одно: назойливое присутствие братца в соседней комнате. И хоть он крепко спал (что всегда вызывало здоровую долю скептицизма со стороны старшего Сальваторе – бессмертный, которому требуется сон), использование Силы он мог ощутить, а значит, ему впору было и вмешаться. Именно этого и не хотел допускать Дамон. Он не был до конца уверен в том, что, завидев на горизонте вечно печальное выражение лица Стефана, сможет сдержаться. И если банальная драка двух вампиров могла показаться всего лишь легким развлечением, то убийство одного другим было уже из разряда «нехороших поступков», за которые придется гореть в Аду. Впрочем, эта перспектива вовсе не пугала мужчину. Там у него будет масса друзей и почитателей.

Выходит, к Елене близко подходить нельзя. У этой девушки была одна особенность – она сводила его с ума. А сумасшедшего Дамона стоило побаиваться многим.

Он улыбнулся собственным мыслям и неслышно соскользнул с окна, лениво вытягиваясь во весь рост. Пора уходить. Он итак уже наделал кучу ошибок, показавшись девочке сегодня. Ведь давал себе обещание не заигрываться! Но его так удивила ее вечерняя поездка и та мысль о том, ради чего она полюбила скорость, ветер, ночь и свободу, что все клятвы рухнули в один момент. Неожиданно для себя юноша отметил, что превращается в маньяка. Такая мастерская слежка и гипертрофированное внимание к одной особе могут плохо сказаться на его репутации! Хотя… плевать! О ней надо было задумываться в день знакомства с этой милой барышней.

Дамон подошел вплотную к кровати, небрежно поправил одеяло, упорно рассматривая лежащую рядом подушку, а не до боли в груди любимое лицо, и мысленно пообещал, что вернется очень скоро. Нужно ведь всего лишь немного подготовиться, чтобы кое-что изменить в своих осточертевших планах мести.

Вампир в последний раз окинул взглядом комнату, полной грудью вдыхая ее запах, и уже отвернулся, когда девушка пошевелилась во сне, неловко раскинув руки в сторону. Острое зрение зацепилось за мимолетные блеск. Пришлось присесть рядом, чтобы рассмотреть причину этого сверкания. На безымянном пальце левой руки Елены было кольцо с небольшим бриллиантом.

Этот факт поразил его до самой глубины души. Свой подарок он снял с ее руки в тот же день, когда застал их со Стеф… В общем, неважно. Он забрал его. И что перед ним сейчас? Очередное подтверждение искренней и светлой любви братишки и девушки, которая лжет искуснее его самого?

Зарычав от ярости, мужчина, не обращая внимания на то, что может разбудить или сделать больно, перевернул ладонь и онемел. Кольцо было сломано. Ровно посередине. Он даже с легкостью мог назвать имя того, кто испортил явно дорогое ювелирное изделие. Но «якать» всегда было некрасиво, поэтому он облегченно вздохнул и поцеловал запястье любимой. Думать о чем-либо больше не хотелось.

На лестнице раздались шаги. Видимо, домой пожаловал один насытившийся свежей кровью бурундуков постоялец, который так весьма кстати отсутствовал сегодня всю ночь. Безостановочно посыпая проклятьями всю светлую фамилию Сальваторе, Дамон встал у окна, пытаясь понять, чего он в данный момент жаждет больше всего – смерти родственника или спокойного окончания довольно безрадостного дня. Странно, но второе желание пересилило.

Стефан уже подошел к двери спальни Елены, чуть приоткрыл ее, убедился, что все в порядке (присутствие вампира в комнате, видимо, было главным составляющим этого самого «в порядке») и притворил створку.

Юноша удивился подобной беспечности. Его братец явно был расстроен похоронами невинно убиенной семьи кротов, которыми завтракал. Другого объяснения для этого псевдовампира у него просто не нашлось.

Пообещав себе при первой же встрече отвернуть брату не только голову, Дамон обернулся вороном и вылетел в окно.

Франческа повернула голову на звук шагов, раздавшихся за спиной, и, совершенно по-кошачьи встряхнувшись, спрыгнула с дерева.

- Ты улыбаешься! – провозгласила она округу звонким мелодичным голосом. – Хвала Создателю! Кому я обязана этой бесподобной возможностью лицезреть все твои тридцать два клыка, Дамон?

Вампир тут же нахмурился, изображая на лице четкую сосредоточенность.

- А не укоротить ли мне язык одной дамочке, возомнившей себя бессмертной? – со всей серьезностью спросил он, вытащив из кармана нож из красного дерева.

- Я в панике, - торжественно провозгласила девушка, зажмуривая глаза. – Мне встать перед вами на колени, сеньор Сальваторе? И хотелось бы узнать перед смертью, - притворно жалостливо сложила она руки на груди. – Ты задушил блондинку, как я советовала?

Юноша тяжело вздохнул. Так и подмывало спросить, когда она наконец повзрослеет, но делать он этого не стал. Все равно ответ его не порадует.

- Ладно, не дуйся, - пошла на примирение подруга. – Кстати, с какой радости Стеф убил суслика? Он опять травояден?

Она весело засмеялась, подхватывая друга под руку. Ночные прогулки по лесу, откровенные разговоры ни о чем и легкая толика юмора – единственные радости в ее жизни на данном этапе. Вампир привез ее сюда для каких-то своих целей, о содержании которых ей не удалось узнать и по сей день. Расспросы не давали ответов, а вот упорство, с которым она их задавала, изрядно злили и без того чрезмерно раздражительного Дамона.

- Да, я тоже это заметил, - думая о своем, пробормотал мужчина. – По-твоему, есть что-то странное?

- Нет, - отрицательно помотала головой Фрэнки, прижимаясь к его плечу. – Когда речь идет о твоем братце, слово «странное» невольно висит в воздухе. По всей видимости, эта особенность передается у вас из поколения в поколение.

Последнее предложение возымело ожидаемый эффект. Юноша смерил болтливую знакомую презрительным взглядом и процедил:

- Ты портишь мне настроение.

- А ты мою жизнь, - весело отбила подачу девушка. – И все-таки, что со Стефиком?

Она подняла изучающий взор на собеседника, краем глаза отмечая, что близится рассвет. Вот и пережит еще один неимоверно скучный день в этом захолустье. Можно смело прощаться с небольшой толикой вечности, растраченной впустую.

- Скорее всего корчит из себя доброго вампира, - пожимая плечами, ответил Дамон. – Очередной фокус в его исполнении. «Я прежний, поэтому ты должна вернуться ко мне Елена», - стал он передразнивать печальный тон брата, но на последнем слове его голос заметно дрогнул.

Фрэнки только вздохнула, но не стала комментировать отвратительную попытку пошутить. Все, что касалось этой человеческой девушки, являлось неприкосновенным. И если вампир мог снести насмешки в ее сторону, когда был благодушен, то в расстройстве подобные трюки могли закончиться плачевно. Поэтому благоразумие стало чуть ли не единственным и бессменным ее спутником здесь на протяжении вот уже целого месяца.

- Зачем мы здесь? – решила сменить тему вампирша. Схожие вопросы задавались ею неоднократно, но вот ответить на них никто не спешил. Друг раздавал лишь четкие указания, видимо, забывая о том, что объяснения иногда жизненно необходимы. «Следи за Еленой» - вот что слышала она чаще всего остального. Следи ночью, потому как у меня дела, следи днем, потому как я устал (смешной аргумент, который на деле всегда оказывался правдой – бывали такие моменты, когда на приятеля смотреть становилось тошно). И, разумеется, следи, потому как я голоден. Почему он не брал кровь у блондинки? Остается лишь гадать. Да, он играл в эти свои «прятки», и следы на шее могут выдать его в два счета, но ведь можно пойти очень простым путем – укусить, а потом дать своей крови, которая в секунду заживит любые раны. Очевидно, прописные истины стали для мужчины чем-то из разряда «непонятное». Или же он просто боялся синдрома клинической глупости, которым страдала Елена.

Хихикнув, девушка воззрилась на Дамона, каждой черточкой своего идеально красивого лица выражая недовольство. Должен же когда-нибудь наступить этот момент «Икс», когда он соизволит честно ответить хотя бы на десяток вопросов!

- Как ты думаешь, почему она приехала именно сюда? – ушел от ответа мужчина.

- Очередной каприз? – вяло предположила Франческа.

- Ты же женщина! – словно укорил ее юноша. – Должна понимать логику ее поступков.

- Знаешь, - обиженно произнесла она. – По женщинам спец у нас ты. И Елена всегда была очень далека от логики.

За разговором они добрались до Бугатти, с которой вампир не захотел расставаться и приволок ее сюда на частном самолете. Он небрежно облокотился на капот гордости немецкого автопрома и пояснил:

- Она знала, что я обязательно за ней поеду. Именно в Феллс-Черче на ее голову так и сыплются неприятности, значит, нужен своего рода телохранитель. А после всего, что я увидел сегодня ночью, как мой драгоценный братишка беспокоится о ее безопасности… - он хмыкнул, вспоминая то, как Стефан даже не удосужился воспользоваться Силой. – Ее расчеты полностью оправданы. Я здесь.

- Тогда почему она живет с ним? – пренебрежительно выделив местоимение, девушка села на пассажирское сиденье, откинув голову назад. – Ты вроде говорил, что у нее есть деньги.

Дамон устроился рядом, оставив дверцу открытой.

- Есть, - подтвердил он. – Вот только она ими практически не пользуется. Пару раз расплатилась карточкой за бензин и больше ничего. Люди, - добавил он, словно это полностью объясняло ситуацию.

- Из нее выйдет чудная жена, - подлила масла в огонь девушка. – Экономная, верн…

- Хватит.

Всего одно слово, произнесенное едва ли не шепотом, вернуло Фрэнки в реальность. Она сболтнула лишнего, и уже сама это поняла. Если друг кричит, угрожает, распинается проклятьями – ничего страшного, а вот когда он переходит на шепот… Стоит «крутить педали, пока не дали».

- Прости, - залебезила вампирша, нашаривая рукой дверную ручку. – Я всего лишь хотела сказать, что ты вроде как собирался на ней жениться… Ну вот я и подумала… подбодрить немного… только хотела… что в общем-то она… как бы наверное хорошая…

Мысли спутались. Впервые за более чем три сотни лет жизни ей стало страшно. Она вовсе не хотела задеть за живое, просто в очередной раз недооценила степень влюбленности приятеля. И чего уж таить, просто не подумала над тем, что говорит.

- Не будет никакой свадьбы, - глядя куда-то вдаль, произнес Дамон. – Даже если я прощу.

Девушка удрученно молчала, Так и подмывало спросить «Почему?», но язык отказывался слушаться, и внутренний голос был с ним солидарен.

- Фрэнкс, ты слишком много думаешь, - уже более мирно сказал юноша. – Я отвечу на твой вопрос - потому что не хочу. И о планах на завтра… - резко сменил он тему, опять переходя к дотошным инструкциям.

Подруга слушала его вполуха, пытаясь разобраться в истинной причине его заявления. Возможно, он действительно не хотел, но что-то ей мешало поверить в его искренность. Вот уже месяц она была вынуждена наблюдать за тем, с какой тщательностью он следит за Еленой. И это пугало. Он не оставлял ее одну ни на секунду. Если не мог сам, то слежкой (самое подходящее слово) занималась она. Каждую ночь мужчина проводил в ее спальне, чаще всего просто сидя на подоконнике. И возвращался он, мягко говоря, убитым. Бледный, измотанный, в одном из самых отвратительных настроений, он просто садился в Бугатти и уезжал. Она не знала, где он бывал, куда ездил, но по возвращении им можно было долго любоваться. Потому как он становился прежним: тем, кого она знала много десятков лет. Что служило причиной этих необъяснимых трансформаций? Хотелось бы знать…


Последнее изменение этой страницы: 2018-09-12;


weddingpedia.ru 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная